Просмотров: 562

«Доносы на коллег — это болезненная тема». Как (некоторые!) врачи борются с профессиональными ошибками

В 2016 году американская больница Brigham and Womenʼs Hospital завела блог, в котором стала публиковать подробные разборы ошибок своего персонала — неверные диагнозы и назначения, тяжелые последствия операций. Человека, далекого от медицины, эти истории могут возмутить — он сочтет, что таких врачей и медсестер надо гнать из профессии. Но ошибки в медицине происходят постоянно. Вопрос в том, как реагировать на них, чтобы постараться предотвратить их в будущем. В России традиционно такие случаи рассматривают суды, не имеющие никакого отношения к медицине, и все заканчивается тем, что наказывают крайнего. Но все чаще в частных и некоторых государственных клиниках — в основном по личной инициативе — вводятся стандарты, которые позволяют избежать врачебных ошибок. Рассказываем, как ошибаются врачи и как с этим можно бороться.

Что такое врачебная ошибка?

На этот вопрос можно отвечать, по меньшей мере, с двух точек зрения — медицинской и юридической. Но в России четкого ответа нет ни у врачей, ни у юристов. Можно ли назвать ошибкой ситуацию, когда хирург задел крупный сосуд и началось серьезное кровотечение? А если при этом в больнице отключили свет в самый ответственный момент? А если у хирурга было похмелье? А если сосуд находился там, где его нет у 999 людей из 1000? Что в этом случае называть ошибкой, что халатностью, что осложнением, которое нельзя было предотвратить?

В российском законодательстве нет понятия «врачебная ошибка». Врачей часто судят по уголовным статьям о халатности и о причинении вреда или смерти по неосторожности. В суде обычно выслушивают мнение приглашенного эксперта, но примет ли его во внимание судья, зависит от его личного выбора.

В других странах — к примеру, в США, — есть более четкое определение. Врачебная ошибка — это ситуация, когда врач выбрал неправильный план действий или выбрал правильный, но не следовал ему, и в результате пациент пострадал. Допустим, врач заказал нужные исследования, но пропустил в результатах зашкаливающий уровень сахара. Или списал симптомы аппендицита на пищевое отравление и отправил пациента домой. Причин для этого может быть множество: от простой некомпетентности до проблем системы, когда врач много работает и почти не спит, потому что больше работать некому.

Однако многие врачебные ошибки можно предотвратить, причем некоторые — на 100%. Например, считается, что ошибок из категории «не та сторона, не та процедура, не тот пациент» в хирургии можно избежать полностью. То есть можно сделать так, чтобы никто и никогда не удалял почку не у того человека — или не удалял правую вместо левой. Тем не менее, такие ошибки до сих пор встречаются регулярно. Скажем, в 2016 году в Массачусетсе (США) хирург удалил почку не тому пациенту — тезке человека, действительно нуждавшегося в такой операции. Среднестатистическая больница сталкивается с одним таким происшествием раз в 5–10 лет. Но и раз в 5–10 лет — это слишком часто. Значит, нужно следовать четким правилам.

Самый важный список

За те девять месяцев, что Денис Проценко работает главным врачом в московской Городской клинической больнице им. С. С. Юдина, число умирающих пациентов в ней упало на процент — это несколько сотен жизней в год. На такой результат повлияло сразу много факторов. В больнице отказались от закупки препаратов без доказанной эффективности вроде «Мексидола» или зеленки. Ощутимо поменялся коллектив. А еще там начали последовательно бороться с ошибками. И в этой войне сложно придумать более простое, действенное и бюджетное оружие, чем чек-листы. Руководители некоторых больниц это уже самостоятельно осознали и по собственной инициативе решили внедрять такой инструмент.

Чек-лист — список важных действий при какой-то процедуре, о которых врачи и медсестры могут забыть. Ввести антибиотики за полчаса до начала операции (не раньше и не позже), проверить, отмечено ли место вмешательства особым образом, попросить пациента подтвердить свое имя. Эта идея пришла из авиации — у летчиков есть сразу несколько чек-листов, которые постоянно обновляются. Они нужны и в рядовых ситуациях, чтобы ничего не упустить (например, перед полетом), и в экстренных, когда простые меры можно принимать по чек-листу, а мозг освободить для более сложных решений.

«Очень часто врачебная ошибка возникает из-за того, что упускают один из этапов протокола обследования, — объясняет Денис Проценко. — Например, пациента сбила машина, он попадает к нам в бессознательном состоянии и не двигает руками. Почему? Может, потому что он был пьяный или у него черепно-мозговая травма. Через три недели черепно-мозговая травма проходит, движение не восстанавливается. Оказывается, ему не сделали рентген или КТ шейного отдела позвоночника, а там осложненный перелом. Это ошибка. Вместе с КТ головного мозга, груди, органов брюшной полости необходимо сделать и это исследование вне зависимости от внешних проявлений травмы».

В ГКБ имени Юдина перед плановыми операциями используют адаптированный чек-лист, составленный экспертами Всемирной организации здравоохранения. Для экстренных ситуаций организационно-методический отдел НИИ организации здравоохранения вместе с заинтересованными в улучшении результатов руководителями службы анестезиологии и реаниматологии крупнейших московских стационаров (Первой градской больницы, ГКБ им. С. П. Боткина и других) перевел чек-листы Гарвардской школы здравоохранения и Brigham and Womenʼs Hospital. «Эти чек-листы специально написаны без «воды»; что-то случилось в операционной — схватил и просто делай раз-два-три, — говорит заместитель главного врача по анестезиологии и реанимации ГКБ им. Юдина Дмитрий Трощанский. — Они висят на кольцах, одна страница — одна ситуация. Чтобы удобнее было читать, мы специально выбрали гельветику».

Источник