7 неочевидных форм психологического насилия над детьми и к чему это приводит в будущем

Психологическое насилие имеет много подвидов и, к сожалению, многие из них настолько привычны для нас, что мы не замечаем, как осуществляем его по отношению к себе, другим и даже собственным детям. Многие из форм психологического насилия до сих пор входят в нормы воспитательной системы, передаются из поколения в поколение и тем самым поддерживают культуру насилия в обществе, давая молчаливое право на подобное общение.

Газлайтинг

Форма психологического насилия, основанная на манипулятивных действиях, основная цель которых — заставить человека сомневаться в объективности своего восприятия, а также в самой реальности.

Как это выглядит в плоскости отношений «родитель — ребенок»

Представьте себе ситуацию: в доме скандал, мама поругалась с папой, они громко кричат друг на друга, или папа кричал, а мама плакала, или они не кричали, но шипели друг на друга и говорили ужасные вещи, и мама снова плакала.

В комнату входит ребенок, он тревожен и обеспокоен тем, что услышал за дверью:

«Что-то случилось?» — спрашивает малыш. «Нет», — отвечают родители и при этом оба трясутся от негативных чувств. «Но вы кричали?!» — пытается прояснить ситуацию малыш. «Нет, тебе показалось!» — «Но мама плачет?!» — «Нет, все в порядке!».

Малыш выходит за двери и начинает сомневаться в том, а действительно ли ссора происходила или ему показалось.

Или другой вариант: ребенок подходит с вопросом к родителю, с неудобным вопросом или тем, в котором родитель некомпетентен (но признать это сложно и болезненно).

«Почему звезд так много на небе?» или «От куда берутся дети?», или «Почему люди ругаются?», а в ответ вместо объяснения ребенок получает сухое: «Ты странно себя ведешь. Ты не заболел? Что за вопросы?».

При помощи таких манипуляций люди часто уходят от неудобных тем или дают себе возможность не говорить о том, о чем говорить не хотят. Но, вместо прямого и честного ответа, выбирают газлайтинг.

К чему это приводит в будущем

Маленький человек растет, и в голове у него формируется мнение о том, что с ним что-то не так, он сомневается в себе, в своей адекватности, грамотности, способности видеть реальность. Если газлайтинг идет основным способом избегания родителями взрослой ответственности или же методом проявления «защиты ребенка от суровой действительности», в дальнейшем это приведет к укреплению запрета не будь психически здоров, и человек подтвердит родительскую программу о том, что он странный и он заболел.

Что делать

Менять свою реальность. Признавать свои родительские ошибки и разговаривать с ребенком честно. Даже если вы поругались с супругом и ребенок стал тому свидетелем, не искажайте действительность, говорите честно: да, поругались, были не правы, не хотели тебя потревожить и нам жаль, что это случилось.

Учитесь отвечать на неудобные вопросы и/или признавать, что вы чего-то не знаете, что не хотите говорить на какую-то тему, однако понимаете, что для ребенка важно прояснить тот или иной вопрос, и попробуете найти здоровое решение для этого или найти человека, который сможет грамотно ответить на «неудобные вопросы».

Если вы хотите отложить разговор, учитесь указывать срок, на сколько он отложен, или признавать, что вы не будете об этом говорить и называйте честную причину, почему нет. Это даст возможность ребенку понять, что можно быть честным и ответственным, что можно чего-то не знать и что можно открыто говорить «нет», а не прибегать к искажению реальности для того, чтобы чувствовать себя лучше другого.

Запугивание

Еще одна насильственная форма воспитания, основанная на манипуляциях и насильственных приемах. Когда человек не знает, как достичь своего, и при этом очень хочет заставить, чтобы было по его воле, иначе это проигрыш и провал, он прибегает к ультиматумам, шантажу и другим негативным формам коммуникации, позволяющим контролировать другого при помощи страха.

Как это выглядит в плоскости отношений «родитель — ребенок»

Родитель хочет, чтобы все было правильно, так как он сказал и не иначе, при этом может иметь убеждение о том, что старший младшему объяснять ничего не должен или ведь эти правила всем давно известны, а значит ребенок родится со знанием, как и что устроено в этом мире, что такое хорошо и что такое плохо. И вдруг что-то идет не так, ребенок не слушается, капризничает, не хочет кушать, начинает трогать вещи без спроса или мешать родителю заниматься важными делами. Тут бы сесть и объяснить ребенку, как и что устроено, но нет сил, времени, желания или срабатывает старый шаблон — тот, который применяли с вами в далеком детстве (на вас же сработало и тут пройдет). И вы пугаете ребенка страшилками, которые передаются как семейная реликвия.

«Еще один глупый вопрос, и я дам тебе по губам; будешь лезть куда не надо — ногу сломаешь; любопытной Варваре — нос оторвали; будешь умничать — язык вырву; будешь так себя вести — в лесу оставим…» — список токсичных страшилок, не буду продолжать, думаю, и вам есть что в него добавить.

Почему токсичных? Потому что ребенок до определенного возраста верит родителю и то, что для взрослого элемент черного юмора, для ребенка — правда. Дети действительно верят, что, если не будут удобными, с ними произойдет что-то ужасное. Либо начинают сомневаться в вашем авторитете, думая, что его родитель жестокий и злой, что он не любит ребенка и желает ему зла. А значит, нужно придумать способ, для того чтобы сбежать от злого родителя, тем самым избавиться от страха.

К чему это приводит в будущем

Регулярные запугивания формируют минус-программу, при которой человек убежден в том, что любое его действие обречено на неудачу, за что бы он ни взялся, все будет не так, как это нужно. Что его задача — это быть удобным, учтивым, правильным. И он начинает исполнять желания других или живет в постоянном страхе наказания, и при малейшем конфликте чувствует себя проигравшим и сбегает.

Важно помнить о том, что, пугая ребенка из лучших побуждений, вы делаете ему медвежью услугу: не проясняя с ним истинное положение вещей, вы невольно способствуете тому, что тормозится развитие логики и ребенку сложно выстраивать причинно-следственные связи.

Что делать

Остановитесь на минутку и прислушайтесь к себе, вспомните, было ли вам в детстве приятно слышать подобные страшилки, как вы чувствовали себя? Что думали о своих родителях в эти минуты? Ощущали ли вы себя в безопасности? Возможно, вам хотелось, чтобы эти истории развивались по-другому, более позитивному пути, чтобы родители проясняли с вами, почему нельзя, открыто говорили о своих чувствах, о том, что они беспокоятся о вас, вместо того, чтобы держать в страхе повинности по принципу «если ты не будешь удобным для меня — я тебя съем».

Учитесь вместе с вашими детьми, задавайте себе вопросы, что с вами происходит, когда ребенок не слушается или не делает так, как вы того желаете. Ищите здоровые компромиссы и возможности договориться, чтобы и вам и малышу было хорошо и комфортно.

Атрибуты

Форма косвенного насилия, которая не направлена конкретно на человека, однако происходит рядом с ним, на его глазах или «за стенкой», когда человек слышит и понимает, что кому-то рядом больно, страшно и плохо, ощущая при этом свое бессилие и невозможность повлиять и изменить ситуацию к лучшему.

Как это выглядит в плоскости отношений «родитель — ребенок»

Представим семью, в которой есть старший и младший ребенок. Тот, что постарше, в чем-то провинился (прогулял школу, не предупредил, что опоздает или сделал другую провинность). И вот его наказывают — больно и жестоко, бьют, кричат, ругают и обесценивают. Да, родители в гневе и не видят другого способа решения проблемы. Все это происходит на глазах у младшего ребенка, он не совсем понимает, что именно случилось, знает лишь, что были нарушены какие-то родительские правила и наказание не заставило себя ждать. Малышу страшно и больно, он старается защитить старшего, но бесполезно, его отталкивают и говорят «не лезь».

Бывает и так, что на глазах ребенка родитель бьет или оскорбляет другого, и снова малыш бессилен в попытке что-то изменить, ему страшно и он чувствует себя виноватым, фантазируя и укрепляясь в мысли, что все это из-за него и в дальнейшем ему нужно приложить максимум усилий, дабы подобное не повторилось.

К атрибутам так же относятся осуждающие обсуждения третьих лиц, вербальное преследование и разговоры о том, что бы вы сделали с «Люськой из соседнего дома, будь вы на месте ее родителей» или о том, как бы вы «надрали уши Стасику, попадись он вам в следующий раз».

Ваш ребенок может и не присутствовать при этом диалоге, однако, как часто бывает, он находится за стенкой и все слышит, он может быть не согласен с вами, но не смеет перечить, дабы не вызвать гнев, или ему страшно, вдруг он уже сделал нечто подобное и теперь не хочет получить страшное наказание напрямую. Он боится прояснять этот вопрос и при помощи своих фантазий сам себя наказывает, усиливает эффект, пугает себя еще больше и загоняет во внутренний конфликт гнева, страха и беспомощности.

К чему это приводит в будущем

Формируется невротический комплекс, в основе которого лежит подавленный гнев и чувство вины, а значит во взрослом возрасте такие люди будут чувствовать себя «без вины виноватыми», испытывать постоянное чувство тревожности и незавершенности какого-то важного дела; это будут либо борцы за справедливость, яростно бросающиеся на защиту слабых, решающие чужие проблемы даже в ущерб себе, либо агрессоры, стремящиеся контролировать все и всех вокруг, дабы больше не испытывать ужас от бессилия, когда ты не можешь ничего изменить, а вынужден смотреть, как другому больно, и ждать, когда все закончится.

Такие люди считают себя ответственными за отношения других, думают, что все плохое случается из-за них, и стремятся избегать близких отношений, дабы не испытывать боли.

Перекладывание личной ответственности

Также относится к токсичной форме психологического насилия. И идет по формуле «мне плохо — и это ты виноват, и пока я тебя обвиняю, я могу не нести ответственность за себя, свои решения, действия и бездействие».

Когда взрослый человек не справляется с чем-то, чувствует себя не в порядке или жертвой, он хочет, чтобы кто-то решал за него. И да, это уже не взрослые реакции, а психотическая регрессия на уровень ребенка. Вот только этот внутренний Ребенок не добрый, а агрессивный, озлобленный и не видящий здоровых вариантов выбора и решений. И тогда уже все равно, кто твой оппонент, ровесник или твой реальный ребенок, хочется лишь одного — сделать другого виноватым в своих бедах, ведь это возможность снова и снова откладывать действия, принятие важных решений и избегать личной ответственности.

Как это выглядит в плоскости отношений «родитель — ребенок»

Когда мама начинает рассказывать ребенку о том, как ей сложно далось решение родить его (читай оставить в живых), как она мучилась на протяжении всей беременности, какими сложными были роды и как ей было больно.

Когда звучит рассказ о том, каким родитель был счастливым до рождения ребенка, и как все изменилось с его появлением — набрался лишний вес, произошли гормональные изменения, волосы стали хуже и кожа уже не та.

Когда родитель в порыве гнева начинает высказывать ребенку, что, «если бы не ты, и не твой отец/мать, я бы добился больших успехов, поступил бы в вуз, имел бы хорошую работу, была бы актрисой, балериной и т. д., а теперь вот сижу тут на кухне и жарю вам котлеты, а вы не благодарные…»

Или так: «ты такой же, как и твой отец, злой и жестокий»; «ты такая же дура, как твоя мать…»

Страшно? Мне очень. Потому что насилие всегда страшно. И стоит признать, что когда маленького человека без его на то доброй воли заставляют брать ответственность за жизни, здоровье, отношения взрослых людей, над ним совершают насилие.

Токсичность этой формы взаимоотношений в том, что на психологическом уровне подкрепляются запреты «не будь, не живи, не принадлежи» — запреты эти болезненные и разрушающие, и ребенок, для того чтобы выжить, начинает искать особые условия, дающие ему право на существование.

К чему это приводит в будущем

Такие люди должны быть совершенными, радовать других, быть сильными — и тогда им можно жить, но не для себя, а для того, чтобы оправдывать надежды или «защищать доброе имя отца». Для того, чтобы вместо мамы и папы стать успешным, достичь высот — и не имеет значение, хочешь ты этого или нет, ведь ты должен рассчитаться за те неудобства и мучения, которые выдержал твой родитель.

Сколько детей выросло и достигло успеха не благодаря поддержке, а вопреки? Сколько взрослых до сих пор считает себя ответственными за развод родителей или за то, что родитель не может о себе заботиться?

Увы, подобные формы взаимоотношений между детьми и родителями все еще существуют, так как считаются нормой. Ведь пока родитель не научится брать ответственность за себя, он не признает, что был не прав, и не сможет дать ребенку искреннее разрешение ЖИТЬ, без особых условий, и не нести ответственность там, где начинается поле ответственности другого.

Игнорирование

Форма насилия, в которой прослеживается намеренное «не-замечание» партнера по общению.

Когда нет навыка вести здоровый, взрослый диалог и при этом хочется удовлетворить потребность во власти и значимости, люди часто прибегают к подобной форме эмоционального насилия. Для человека нет ничего более страшного, чем безразличие и/или взаимодействие без чувств. Именно поэтому бойкоты и игнорирование срабатывают в большинстве случаев. При этом основная проблема не решается, а откладывается на потом, остается лишь горький осадок в душе того, над кем был произведен акт насилия и мнимый, краткосрочный триумф другого, который столь жестоким способом удовлетворил свою ведущую потребность хоть ненадолго. А потом все по новой: проблема — тупик — игнор — мнимый триумф. Бесконечная, жестокая игра, расплатой которой всегда были и будут боль одного и одиночество другого.

Как это выглядит в плоскости отношений «родитель — ребенок»

В данном контексте я имею в виду наказание ребенка посредством игнорирования, когда родитель целенаправленно выходит из контакта с ребенком, не объясняя при этом, что произошло, в чем ребенок ошибся или провинился, а самое главное, как долго его будут не замечать.

По сути формула этого вида психоэмоционального насилия, выглядит так: «я вижу тебя только тогда, когда ты делаешь, что я велю, если ты ошибаешься или делаешь иначе — тебя нет». И, возможно, вы добиваетесь желаемого, однако не слишком ли высокую цену платит ребенок за ваш временный «успех»?

Что происходит с ребенком в такие минуты

Ребенок до трехлетнего возраста формирует в своем сценарии жизни запреты: «не будь, не принадлежи, не чувствуй». Он испытывает ужас, который пронизывает все его тело и остается там на долгие годы, ведь на психологическом уровне игнорирование со стороны родителя — это смерть для ребенка. Он не знает, когда его увидят снова и не понимает, как исправить ситуацию. Для него родитель ушел навсегда, а он останется один и погибнет, а значит нужно придумать что-то для того, чтобы выжить и не допустить подобной ситуации.

Ребенок возрастом 5-7 лет укрепляется в своих сценарных запретах, изнывает от чувства вины, страха отверженности и чувства брошенности и все свои действия и решения формирует, основываясь на желании избежать этих негативных чувств и состояний.

Подросток, которого воспитывали посредством игнора и в любой непонятной ситуации говорили «посиди и подумай над своим поведением», — уже твердо укреплен в комплексе брошенного и виноватого. Он либо проявляет сверхадаптивность, покорность и инфантильность, либо мстит родителям убегая из дома, устраивая скандалы и/или игнорируя их.

К чему это приводит в будущем

Из детей, выросших в атмосфере безразличия и игнорирования, получаются взрослые, которые не могут решать проблемы, отстаивать себя и строить отношения. Они уязвимы в чувстве вины, в различных страхах и любыми способами избегают близости, не потому что не хотят принятия и любви, а потому что считают себя не достойными этого и боятся снова испытать на себе жестокое наказание, под кодовым названием «такой ты мне не нужен», либо же сами жестоко наказывают окружающих, пытаясь подобным образом закрыть болезненные эпизоды из своего детства.

Почему взрослые делают это со своими детьми? Возможно, так вели себя с ними в их далеком детстве, тогда они обещали себе, что никогда не поступят так, как делали их родители, но, столкнувшись с трудностями воспитания, включились в привычный шаблон. И да, понимая глубоко в душе, что этим обрекают сами себя на эмоциональное одиночество, они снова и снова действуют по приказу своего токсичного внутреннего Родителя: «с тобой сработало, пройдет и тут».

Подобные способы воздействии на ребенка говорят и о том, что у родителей не выработан навык вести переговоры, настаивать на своем, выражать свои чувства в момент. Нет знаний о том, как удовлетворять свои потребности в значимости и важности, не прибегая при этом к игнорированию другого.

И всему этому можно учиться, однако первое, что нужно сделать уже сегодня, — это перестать включать игнор и намеренно не видеть того, кто допустил ошибку.

Что делать дальше

Учитесь выстраивать договоренности со своими детьми, объяснять и обучать их правилам поведения, будьте поддерживающим и последовательным, не меняйте своих решений и поощряйте детей за успехи. Учитесь подкреплять позитивное поведение, ставьте четкие сроки и конкретные задачи. И шаг за шагом вы приобретете свой родительский авторитет, а значит уберете личный дефицит значимости.

К формам эмоционального насилия так же относятся регулярное обесценивание ребенка на эмоциональном, интеллектуальном и физическом уровнях; сравнение его с другими и публичные унижения; невыполнение обещаний со стороны родителей или же игнорирование его личных желаний, потребностей, мнений, достижений, эмоций; двойные послания (делай то, что я велю, а не то, что делаю я) и двойные стандарты (мне можно — тебе нет).

Подобное отношение со стороны взрослых подкрепляет в ребенке мнение о том, что он неуспешен и неудачлив, что его задача заключается в том, чтобы быть козлом отпущения, что его идеи, чувства, мысли не важны. А значит, если он не нужен родителям, значит не нужен и никому.

Люди, которые выросли в атмосфере обесценивания, не видят своих успехов, а видят на своем жизненном пути лишь ошибки, мотивируют себя через минус заряд, то есть для того, чтобы что-то сделать, им нужно опустить себя на самое дно и тем самым «порадовать Родителя», который только и ждал от них промашки. Они ревнивы и завистливы и в отношениях испытывают регулярный страх быть брошенным и отверженным, конкурируют и не умеют сотрудничать.

Невмешательство и попустительство

Косвенное разрешение на насилие по отношению к ребенку и/или разрешение на девиантное разрушающее поведение. Порой мы разрешаем себе оставаться в стороне и не вмешиваться в конфликты, которые не имеют к нам прямого отношения. И, с одной стороны, таким образом мы даем возможность сторонам решить вопросы самостоятельно — это верное решение, но, с другой, важно четко понимать для себя, когда стоит отойти в сторону, а когда следует вмешаться и выступить мудрым судьей.

Когда двое детей мутузят друг друга из-за лопатки, мы можем дать им время разобраться самим и отстоять личные границы. Однако, если со стороны одного в конфликт вмешивается взрослый, мы не можем оставаться в стороне и оставлять своего ребенка без поддержки и защиты.

Когда детский конфликт переходит грани нормы и поведения, когда один ребенок издевается над другим, когда вашего ребенка травят в школе или делают изгоем класса — вы не можете ждать, пока само пройдет, и не вмешиваться, не помогать ребенку выйти из этой ситуации и сохранить себя.

Когда учитель вступает с ребенком в конфликт или ребенок жалуется вам на предвзятое отношение со стороны педагога, вы не можете говорить, что учитель всегда прав и отказывать ребенку в помощи, не проясняя, что случилось.

Когда вам сообщают, что ваш ребенок сделал какой-то проступок, вы не можете наказывать ребенка без прояснения ситуации со всех сторон.

Когда с ребенком происходит что-то, а вы остаетесь в стороне или отталкиваете его по принципу: «раз к тебе так относятся, значит есть за что», — своим невмешательством вы даете право на насилие по отношению к вашему ребенку, а значит в будущем он столкнется с тем, что будет провоцировать подобное отношение к себе, признав себя вечной жертвой. Или же начнет проявлять агрессию по отношению к более слабым, тем самым пытаясь выровнять свою жизненную позицию и получить эмоциональную сатисфакцию.

Попустительство — это когда ребенку можно все, когда родитель не препятствует саморазрушающему поведению ребенка, когда закрывает глаза на употребление алкоголя, наркотиков, нарушение социальных норм, частые конфликты или другие негативные проявления на психологическом и эмоциональном уровне.

Порой очень хочется сложить руки и снять с себя ответственность, сказать «я тут не при чем и это не мои проблемы». Однако важно помнить, что, закрывая глаза на подобное, вы даете ребенку право применять насилие по отношению к самому себе, а значит разрушать себя, свою систему при вашем тихом согласии.

Что Родитель может дать Ребенку

Безусловную любовь! Нужно обходить негативные программы и предписания, помогая ребенку формировать здоровую личность; давать разрешения и не потакать деструктивным формам поведения. Это так просто и так сложно одновременно, ведь для этого нужно попрощаться со старыми шаблонами воспитания и наполнить себя новыми адекватными знаниями. И все же, быть зрелым взрослым — хорошая перспектива для общества.

Я верю в то, что в ваших семьях не прибегают ни к одной из форм насильственного воспитания. Однако, если так случилось, что, читая эту статью, вы узнали себя и осознали, что периодически срываетесь на жестокое обращение с ребенком, помните — в ваших силах все исправить.

Цель этой статьи не в том, чтобы найти виноватых, а в том, чтобы помочь осознать ошибочные стратегии воспитания и их последствия. Для ребенка важны знания о том, что в кругу семьи он получит силу, защиту и разрешения, сможет найти здравый смысл в происходящих вокруг него событиях и получить грамотный ответ на самый неудобной вопрос.

Правильное и здоровое воспитание позволяет ребенку сформировать четкие границы, понимать, где и в чем его ответственность, выработать свои ценности и формат отношений, осознавать, что по отношению к нему делать можно, а что категорически нельзя и не допустимо.

Источник